БРОДСКИЙ НАБЕРЕЖНАЯ НЕИСЦЕЛИМЫХ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Я всегда был приверженцем мнения, что Бог или, по крайней мере, Его дух есть время. Главное орудие эстетики, глаз, абсолютно самостоятелен. Он был так одет, потому что понятия не имел, какой сейчас век, тем более год. Самолет был забит итальянцами с заводов Форда и Крайслера, едущими домой на Рождество. И конечно, превратить это место в столицу научных исследований — тоже приемлемый вариант, особенно учитывая вероятную выгоду от местной фосфорной диеты для любого умственного труда. Распахиваешь окно, и комнату вмиг затопляет та уличная, наполненная колокольным гулом дымка, которая частью сырой кислород, частью кофе и молитвы. Но люди любят свои мелодрамы больше, чем архитектуру, и беспокоиться мне не о чем.

Добавил: Fejas
Размер: 56.32 Mb
Скачали: 28574
Формат: ZIP архив

Много лун тому назад доллар равнялся лирам, и мне было 32 года.

Fondamenta degli incurabili (Набережная Неисцелимых)

Планета тоже весила на два миллиарда душ меньше, и бар той Стацьоне, куда я прибыл холодной декабрьской ночью, был пуст. Я стоял и поджидал единственное человеческое существо, которое знал в этом городе.

Всякий путешественник знает этот расклад: Когда разглядываешь циферблаты и расписания, когда изучаешь венозный мрамор под ногами, вдыхая карболку и тусклый запах, источаемый в холодную зимнюю ночь чугунным локомотивом. Чем я и занялся. Кроме зевающего буфетчика и неподвижной, похожей на Будду, матроны у кассы, не видно было ни души.

Толку, впрочем, нам друг от друга было мало: Так что я подхватил чемоданы и шагнул наружу. Ночь была ветреной, и прежде чем включилась сетчатка, меня охватило чувство абсолютного счастья: Для одних это свежескошенная трава или сено; для других — рождественская хвоя с мандаринами.

Для меня — мерзлые водоросли: В некоторых стихиях опознаешь себя; к моменту втягивания этого запаха на ступенях Стацьоне я был уже большим специалистом по несовместимости и тайным драмам. Привязанность к этому запаху следовало, вне всяких сомнений, приписать детству на берегах Балтики, в отечестве странствующей сирены из стихотворения Монтале.

У меня, однако, были сомнения.

Иосиф Бродский

Хотя бы потому, что детство было не столь уж счастливым и редко бывает, являясь школой беззащитности и отвращения к самому себе, а что до моря, то ускользнуть из моей части Балтики действительно мог только угорь.

В любом случае, на предмет ностальгии оно тянуло с трудом.

Я всегда знал, что источник этой привязанности где-то не здесь, но вне рамок биографии, наберпжная генетического склада, где-то в мозжечке, среди прочих воспоминаний о наших хордовых предках, на худой конец — о той самой рыбе, из которой возникла наша цивилизация.

  ЭЛФОРД БОГИ НОВОГО ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Была ли рыба счастлива, другой вопрос. В конце концов, запах есть нарушение кислородного баланса, вторжение в него иных набепежная — метана? В зависимости от неисцелимвх вторжения получаем привкус — запах — вонь. Это все дело молекул, и, похоже, счастье есть миг, когда сталкиваешься с элементами твоего собственного состава в свободном состоянии.

Тут их, абсолютно свободных, хватало, и я почувствовал, что шагнул в собственный портрет, выполненный из холодного воздуха. Весь задник был в темных силуэтах куполов и кровель; мост нависал над черным изгибом водной массы, оба конца которой обрезала бесконечность.

Ночью в незнакомых краях бесконечность начинается с последнего фонаря, и здесь он был в двадцати метрах. Время от времени тускло освещенные моторки проползали в ту или другую сторону, дробя винтами отражение огромного неонового Cinzano, пытавшегося снова расположиться на черной клеенке воды.

НАБЕРЕЖНАЯ НЕИСЦЕЛИМЫХ. «Сочинения Иосифа Бродского. Том VII» | Бродский Иосиф

Тишина возвращалась гораздо раньше, чем ему это удавалось. Все отдавало приездом в провинцию — в какое-нибудь незнакомое, захолустное место — возможно, к себе на родину, после многолетнего отсутствия. Не в последнюю очередь это объяснялось моей анонимностью, неуместностью одинокой фигуры на ступенях Стацьоне: К тому же была зимняя ночь. И я вспомнил первую строчку стихотворения Умберто Сабы, которое когда-то давно, в предыдущем воплощении, переводил на русский: В глубине, думал я, в глуши, в забытом углу дикой Адриатики… Стоило лишь оглянуться, чтобы увидать Стацьоне во всем ее прямоугольном блеске неона и изысканности, чтобы увидать печатные буквы: Но я не оглядывался.

Небо было полно зимних звезд, как часто бывает в провинции. Казалось, в любую набережнся вдали мог залаять пес, не исключался и петух. Закрыв глаза, я представил себе пучок холодных водорослей, распластанный на мокром, возможно — обледеневшем камне где-то во вселенной, безразличный к тому —.

Камнем был как бы я, пучком водорослей — моя левая кисть. Затем ниоткуда возникла широкая крытая баржа, помесь консервной банки и бутерброда, и глухо ткнулась в причал Стацьоне. Горстка пассажиров выбежала на берег и устремилась мимо меня к станции. Тут я увидел единственное человеческое бродсуий, которое знал в этом городе; картина была сказочная.

Страницы сайта поэта Иосифа Бродского (1940-1996)

Впервые я ее увидел несколько лет назад, в том самом предыдущем воплощении: Тогда картина явилась в облике славистки, точнее, специалистки по Маяковскому. Последнее чуть не зачеркнуло картину как объект интереса в глазах моей компании.

  ЦВЕТНИК ДУХОВНЫЙ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Что этого не случилось, было мерой ее обозримых достоинств. Она была сделана из того, что увлажняет сны женатого человека. Так что мы легко переварили ее членство в итальянской компартии и попутную слабость к нашим несмышленым авангардистам тридцатых, списав это на западное легкомыслие. Думаю, будь она ярой нацисткой, мы алкали бнодский ее не меньше; возможно, даже.

Читать онлайн книгу «Набережная Неисцелимых» бесплатно — Страница 1

Она была действительно сногсшибательной, и когда в результате спуталась с высокооплачиваемым недоумком армянских кровей на периферии нашего круга, общей реакцией были скорее изумление и гнев, нежели ревность или стиснутые зубы, хотя, в сущности, не стоило гневаться на тонкое кружево, замаранное острым национальным соусом.

Ибо это было хуже, чем разочарование: В те дни мы отождествляли стиль с сущностью, красоту с интеллектом. Все-таки мы были публикой книжной, а в известном возрасте, веря в литературу, предполагаешь, что все разделяют или должны разделять твои вкусы и пристрастия.

Поэтому если кто-то хорошо смотрится, то он. Незатронутые внешним миром, особенно западным, мы не знали, что стиль продается оптом, что красота бывает просто товаром. Поэтому мы считали картину физическим продолжением и воплощением наших идеалов и принципов, а всю ее одежду, включая прозрачные вещи, — достоянием цивилизации. Отождествление бродсский было таким прочным, а картина такой хорошенькой, что даже теперь, годы спустя, вступив в другой возраст и, так сказать, в другую страну, я невольно взял былую манеру.

Неисфелимых сверкание двадцати восьми жемчужин, повторенное на ободке карего зрачка и продленное до рассыпного серебра Млечного Пути, — вот и все, что я получил в ответ, но и это было не мало. Возможно, находясь в самом сердце цивилизации, спрашивать неисцеликых ее последних достижениях было тавтологией. Возможно, я просто допустил бестактность, поскольку автор не был местным.

Вход Войти на сайт Я забыл пароль Войти. Иосиф Бродский Fondamenta degli incurabili Набережная Неисцелимых 1. Неисцеьимых фона Цвет шрифта. Перейти к описанию Следующая страница. Для авторов несицелимых правообладателей. Иосиф Бродский Fondamenta degli incurabili Набережная Неисцелимых. Петр Вайль рассказывает о поэте и его любимом городе — Венеции.